писатель

завтрак на плэнере

Сегодня у меня, Александром Воробьёвым, и Малышом Шариковым был завтрак на пленэре. Погода располагала к философской беседе:
IMG_2764
- Саша - ты прототип одного персонажа в моем романе, этот герой - философ музыки.
- Ух ты! А что это?
- Ну, его дело жизни - обобщать и типизировать явления в музыке.
- Круто. Извини, у меня звонок.
Сашка отошел к елям и поговорил по телефону, после чего диалог продолжился:
Collapse )
писатель

noir

Вчера вместе с Александр Воробьев делали план к его будущему рассказу. Он набросал 4 сценки, я валялся на диване и разглагольствовал о теории литературы.  Сегодня он пришел ко мне в слегка поношенном костюме-тройке, мышиного цвета. Достал портсигар и закурил папиросу.
- Рассказ написал?
- Только экспозицию. Дал в ней образ собаки и образ милиционера.
- Погоди, в плане же не было никаких собак и милиционеров.
- Я не открывал план, он меня сковывает.
Подарил ему плащ, который купил в юности, полагая, что для писателя это вещь первой необходимости. Шляпу еще надо, как писателю без нее? Шляпу и дождь.
a5c78d06f2f1f1de2f4934806d1decdc54af7a5d4070cat2015.01.09
писатель

Дикие истории

Посмотрел "Дикие истории" Дамиана Шифрона. Первое, неотрефлексированное впечатление: действительно дикие! Второе, что дело происходит в России после глобального потепления: изменился климат, ландшафт, но остались коррупция, олигархический капитализм, высокий уровень агрессии. Дикие истории – аргентинский левиафан, для тех, кто любит погорячей, сделанный людьми, которые умеют улыбаться.
дикие ист
писатель

труд и телевизор

Вчера весь личный состав ПЧ-239 собрался смотреть новости. Но пятиминутка ненависти была сорвана. Вместо этого мы затаскивали колеса от Камаза на чердак при помощи спасательных веревок. После этого мирно смотрели футбол. Вывод: чего бы не лили нам в уши вожди и жрецы, людей из нас сделал труд.
писатель

собака на сене

Вчера ездил тушить поле в районе деревни Рождествено. Тушил-тушил и набрел на костерок, похожий на очаг возгорания. Побрызгал из ранцевого огнетушителя на кучку тлеющего тряпья, а оно, сука, мясом завоняло. Я пнул кучку, тряпье перевернулось и показало мне печень, кишки и сердце. Черепа не было. Ко мне подошли коллеги и стали тыкать палками тлеющие останки, говоря при этом:
- Собака!
- Не, свинья!
- А может ребенок?
Потом нашли цепь и решили, что, все таки, собака.